«Венецианский мавр и все-все-все»: по волнам истории шекспировских сюжетов

Игорь Астахов  |  Середа, 1 квітня 2020, 20:24
Сегодня мы замахнёмся на Вильяма, понимаете ли, нашего Шекспира. Нет, художественную сторону произведений, равно как и авторство великого английского драматурга мы рассматривать не будем — оставим это конспирологам и литературоведам. Нас, а, возможно, и читателя, больше интересует иное — какие же реальные исторические события послужили основой для его сюжетов. Шекспировские пьесы условно делятся на три категории — хроники, комедии и трагедии. Вот о последних мы и поговорим сегодня. Итак…
«Венецианский мавр и все-все-все»: по волнам истории шекспировских сюжетов

«Ромео Гамлет Дездемона
Джульетта Макбет Король Лир
их всех убил маньяк серийный
Шекспир»
© Я


Отелло. The Tragedy of Othello, The Moor of Venice.
«Она меня за муки полюбила, а я её — за состраданье к ним».

Сюжет Шекспира (вкратце):

XVI век. Венецианский генерал Отелло, мавр, знаменитый и победоносный, знакомится с Дездемоной, дочерью патриция Брабанцио. Взаимные чувства и тайное венчание. Жалоба отца венецианскому дожу, Отелло оправдан и с молодой женой убывает командовать гарнизоном на Кипре. Его знаменосец Яго и дворянин Родериго затевают заговор — первый желает занять место полководца, второй — получить его жену. Цепь интриг — Яго убивает Родериго, лейтенант Кассио арестован, Отелло убивает свою жену, ревнуя к Кассио, и затем совершает самоубийство, Яго также убивает свою жену — Эмилию, раскрывшую суть заговора — и арестован. Все уходят. Занавес.

Исторические реалии:

Прежде всего — избавимся от стереотипов, или, другими словами, «ложных воспоминаний».

Стереотип первый — Отелло задушил Дездемону. Это не совсем так, вернее — совсем не так. Да, но нет. Отелло душил Дездемону, бесспорно, но Шекспир прямо не указывает, что именно асфиксия послужила причиной смерти. Убил и душил в тексте разделено. Более того, в каноническом переводе Бориса Пастернака на русский язык — а именно этот перевод должен быть знаком читателю — указывается прямо: Отелло закалывает её. И это не противоречит тексту автора.

Стереотип второй - «Мавр сделал своё дело, мавр может уйти». Известная цитата, не имеющая никакого отношения к пьесе Шекспира. Речь о совершенно другом мавре, из драмы Фридриха Шиллера «Заговор Фиеско в Генуе», где действие происходит, опять же, в другое время и в другом месте.

Теперь об историчности. Венеция того времени — это классическая аристократическая республика, во главе которой стояли семьи патрициев и пожизненно избираемый правитель — дож. И армия и флот (что уж говорить о командирах) принадлежали исключительно к белой расе — вот такой вот пример «арийской идеи» Средневековья. Изначально только итальянцы, позже — выходцы из Далмации и Греции. Более того — морская мощь Венеции опиралась на её победоносный галерный флот.

А основной движитель галеры — это, конечно, гребцы. В данном случае — венецианские галерные рабы. И делились они на три категории — каторжники (тут всё понятно), невольники (то есть пленные) и волонтёры (ставшие рабами добровольно, в уплату долга и носившие усы, как отличительный признак). И все три категории принадлежали только к белой расе. Лишь после Битвы при Лепанто на галерах появились османские гребцы-невольники — тоже, кстати, представители европеоидной расы. А теперь вопрос — мог ли быть темнокожим генерал в государстве, где даже гребные рабы — белокожие? Отвечает профессор Стравинский из «Мастер и Маргарита»:

«...И если вы человек нормальный, то вы сами ответите: никоим образом.»

Так как же мавр стал генералом Венецианской республики? А вот тут другая цитата, на этот раз — из фильма «Дон Сезар де Базан» — «по вине переписчика!». Есть данные с недоказанной историчностью о некоем Маурицио Отелло, итальянском кондотьере — командире итальянских наёмников на службе венецианского дожа. С 1505 по 1508 года возглавляемое им подразделение базировалось в Фамагусте — прибрежном городе Кипра. И именно ему приписывают тёмную историю, согласно которой он потерял свою жену при крайне подозрительных обстоятельствах. Более того, киприоты любят показывать туристам некую «башню Отелло», где и произошло, по их мнению, «удушение неверной Дездемоны». Уменьшительно-ласкательное от имени Маурицио — Мауро или Маур. Далее схожесть звучания в итальянском языке в оригинальном сюжете Джиральди Чинтио «Венецианский мавр» (который и послужил основой шекспировской трагедии) и вуаля — Маур Отелло становится мавром Отелло. Однако мавр — это житель северной Африки, бербер или, оперируя средневековыми терминами, сарацин. Темнокожий, но отнюдь не негр. Однако «ошибку» автора усугубили театральные режиссёры — очень соблазнительно было сыграть на разнице происхождения. Так белокожий наёмник стал чернокожим генералом.

«О чёрен я вскричал Отелло
так чёрен что и сам не рад
меня белее даже чёрный
квадрат»
© борго


 

Гамлет. The Tragical Historie of Hamlet, Prince of Denmarke.
«Быть или не быть, вот в чём вопрос.»

Сюжет Шекспира (вкратце):

Дания, королевская резиденция Эльсинор. Время действия — скорее всего, эпоха Ренессанса. Умер король, на трон восходит его брат — Клавдий, женившийся на вдове покойного — Гертруде, матери заглавного героя. Сын короля, принц Гамлет, встречает призрак отца, который утверждает, что его убил родной брат, налив яд в ухо, и требует мщения. Полоний, советник короля и отец возлюбленной принца, Офелии, убеждает дочь не верить Гамлету и вернуть его дары, принц сомневается во взаимности чувств, и притворяется сумасшедшим, чтобы усыпить бдительность дяди. Клавдий подозревает притворство. Прибывают друзья детства принца — Розенкранц и Гильденстерн, с ними театральная труппа. Гамлет сомневается, что призрак — его отец, а не демон. Актёры разыгрывают пьесу «Убийство Гонзаго», сюжет схож с реальными событиями — убийство короля и женитьба на его вдове. Король покидает зал до конца представления, принц убеждён в правдивости призрака. Полоний подслушивает разговор Гертруды с Гамлетом, принц убивает его по ошибке. Сын Полония, Лаэрт, жаждет мести, Офелия сходит с ума и топится в озере. Далее знаменитейший монолог Гамлета с черепом бедного Йорика в руке. Лаэрт вызывает принца на дуэль, смазывает клинок ядом, король же подливает яд в вино. В ходе схватки вино выпивает Гертруда и умирает. Лаэрт и Гамлет ранят друг друга, поменявшись оружием. Лаэрт умирает. Принц также при смерти, но ранит ядовитой рапирой Клавдия и даёт ему выпить вина. Все умерли. Входит Фортинбрас. Занавес.

Исторические реалии:

Здесь нет ложных воспоминаний, поэтому будем формировать настоящие.

Воспоминание первое — как звали отца Гамлета. Ведь у всех персонажей пьесы есть имена — это логично, имя должно быть и у предыдущего короля. И Шекспир, конечно же, указывает нам его — в первой сцене первого Акта. Там говорится о том, что Гамлет родился в день смерти Фортинбраса, но убил Фортинбраса Гамлет. Этот парадокс разрешается просто — принц Датский носил то же имя, что и отец. То есть Гамлет носил отчество Гамлетович, или, в датских реалиях, был Гамлетсен, Гамлет-младший, джуниор. Кстати, Фортинбрас из пятого Акта, кронпринц норвежский — сын того Фортинбраса, что убил отец Гамлета. Следовательно, он Фортинбрас Фортинбрасович, или более правильно — Фортинбрассен.

Воспоминание второе — право наследования. И тут перед нами — анахронизм. В средневековой Дании действовала салическая система престолонаследия, именуемая также сложным термином - патрилинейная примогенитура. Говоря же простым языком — наследовали исключительно мужчины, по прямой мужской линии (наследует меч, но не кудель). Таким образом, новым королём должен был быть Гамлет-младший, а его дядя Клавдий прав на трон не имел. Однако Клавдий не узурпатор, а законный монарх. Каким образом? И вот тут имеет место изящный ход автора — Клавдий возведён на трон знатью, его избрали, то есть перед нами институт избираемого монарха — подобно венецианскому дожу (что немного удивительно для Дании — страны иных традиций). И тут другой, не менее интересный момент — Гамлет-старший, по всей видимости, был лично очень богатым человеком, а его брат — беден (Гамлет-младший называет его королём рванья и тряпок). Вдова короля, Гертруда, имеет право на вдовью долю — треть имущества покойного мужа. Однако брат покойного короля совершает левират — жениться на его вдове, и Гертруда лишается права на долю. И теперь единственный наследник всего имущества «призрака» — его сын. В итоге — король, но бедный (де юре, но не де факто — имуществом покойного распоряжается вдова короля), и принц, но богатый (также лишь юридически). Так что и здесь не всё просто… Но это сюжет по истории права, у нас же — иная цель.

Теперь перейдём, собственно, к историчности сюжета. Уильям «британское Всё» Шекспир за основу сюжета взял легенду о датском правителе по имени Amletus, изложенную Саксоном Грамматиком в третьей книге «Деяний данов». Но лишь за основу — далее автор с присущим ему талантом написал одну из величайших трагедий литературы, вольно интерпретируя первоисточник. Согласитесь, странно, что наряду с зубодробительными северными именами — Фортинбрас, Розенкранц, Гильденстерн — в пьесе фигурируют и чисто романские имена — Клавдий, Полоний, Горацио. А Лаэрт — вообще имя греческих корней, так звали отца Одиссея из не менее бессмертного творения другого гения — Гомера.


Амлед. Рисунок XVII в.

Мы же акцентируем своё внимание на датском правителе Амлетусе. Долгое время историки полагали, что это абсолютно легендарный персонаж, народное предание, описанное, кстати, практически одновременно и Саксоном Грамматиком и исландским поэтом Снорри Стурлусоном. В данный момент скепсис поубавился и перед нами предстаёт Амлед, конунг Ютландии — человек жестокий, коварный, упорный в достижении поставленной цели, «король интриги» - абсолютно не похожий на известного нам Гамлета.

Согласно наиболее убедительной версии — события происходили в VII веке, на заре эпохи викингов. Король данов Рёрик (вероятно — полулегендарный Хрёрик Метатель Колец) отправил в Ютландию в качестве правителей двух братьев-пиратов — Эрвенделя (Орвендила) и Фенге (Фенгона). Эрвендель был более удачлив — убил короля норвежцев и его сестру, захватил норвежское золото, не забыв щедро поделиться с данским конунгом. Рёрик выдал за ютландского правителя свою дочь, Геруд, а та родила Эрвенделю сына — Амледа, по всем законам — принца. К слову — Рёрик подозрительно напоминает Рюрика, легендарного родоначальника династии Рюриковичей, а Эрвендель и Фенге — соответственно, Аскольда и Дира, его «бояр», посланных в Киев. Но, опять же, не они «герои нашего романа», хотя многие исследователи отождествляют новгородского Рюрика с Рёриком, вот только с другим — Рёриком Ютландским, на два века позже

Фенге завидовал своему брату, напал на того во время пиршества и зарубил насмерть. Подкупленные приближённые отстаивали правоту Фенге, на его сторону стала и Геруд, выйдя замуж за убийцу мужа. По законам того времени Амлед — непременный мститель за своего отца и логичное для Фенге решение — устранить пасынка. И вот тут «историчный» принц Амлед стал похож на своего литературного аналога — прикинулся слабоумным. Король (точнее — конунг) сомневался в его сумасшествии и устраивал различные проверки. Одной из них был разговор с матерью наедине, при этом один из придворных спрятался в куче соломы, сваленной в комнате (для Дании тех времён — обычное явление). Принц обнаружил соглядатая и убил того (аналогично — история с Полонием).

Конунг отправляет принца в Англию, к своему приятелю — английскому королю (вероятно — к королю ютского Кента), а с ним — тайное послание, «убить безумца». Принц разгадал интригу, и устроил собственную — сопровождавших его слуг англичане казнили (аналогично — гибель Розенкранца и Гильденстерна), а сам принц женился на дочери английского короля.

По возвращении через год в Ютландию Амлед сжигает королевский дворец и отрубает голову убийце своего отца. Отныне он законный конунг Ютландии. Друг Фенге, английский король, возмущён этим убийством и готовит свою интригу — посылает Амледа в Шотландию к королеве Эрмунтруде (обычное тевтонское имя, но странное, как для королевы скоттов), известной крутым нравом. Итог — принц (теперь уже — конунг) женится на шотландской королеве. Теперь уже двоежёнец во главе шотландской армии вторгается в Англию, в битве убивает короля и с богатыми трофеями (а также с двумя жёнами) возвращается на родину.

Но тут умер Рёрик, ему наследовал Вигляйк (а если придерживаться исторической хронологии — Хорик I), дядя Амледа по матери. Он обвинил ютландского конунга в узурпации. Войска данов вторглись в Ютландию, но Амлед и его викинги успешно отразили нападение. Но на беду нашего конунга, его вторая жена — Эрмунтруда, за его спиной договорилась с данским правителем, и Амлед погиб в сражении где-то неподалеку от Аммельхеда. Шотландская же королева вышла замуж за датского конунга. Так «король интриги» был побеждён более хитрым противником — своей женой.

Насколько правдива эта история — неизвестно. Во всяком случае, она более реалистична и соответствует обычаям тех времён и тех земель, чем бессмертное творение Шекспира. И по крайней мере, одно мы знаем точно — на вопрос «Быть или не быть» Амлед всегда отвечал утвердительно!

Кстати, сюжет о Клавдии, сыне жены, яде и «все умерли» вполне историчен. Если учесть, что Клавдий был римским императором, отравила его Агриппина, а её, в свою очередь, убил её сын и пасынок Клавдия, император Нерон, также погибший до срока. В общем, да - все умерли...

«Измена, подлость и коварство
и безобразие одно
дерется сын - Гертруда хлещет
вино»
© перто


 

Ромео и Джульетта. Romeo and Juliet.
«Нет повести печальнее на свете чем повесть о Ромео и Джульетте.»

Сюжет Шекспира (вкратце):

Италия, Верона. Время действия — средневековье. Две влиятельных семьи — Монтекки и Капулетти — много десятилетий враждуют между собой, в столкновениях гибнут юноши обеих фамилий. Князь Эскал, правитель Вероны, строжайше запретил дуэли, но стычки продолжаются. Ромео Монтекки тайно пробирается на бал-маскарад, устроенный Капулетти. Там он встречает Джульетту и дети враждующих семей влюбляются друг в друга. Тибальт, племянник Капулетти, узнал Ромео и хочет отомстить. Ночью после бала Ромео прокрался в сад Капулетти и нашёл балкон Джульетты. Далее следует знаменитое объяснение в любви, влюблённые решают пожениться. Монах Лоренцо, духовник юноши, тайно их венчает. Джульетта отправляется домой, а Ромео встречает друзей на главной площади города. Тибальд тоже там и жаждет мщения. Меркуцио защищает друга и сражён ударом шпаги Тибальда. Ромео мстит за друга — пролита кровь обоих родов, князь приговаривает Ромео к изгнанию. Джульетте найден новый жених — граф Парис. Девушка обращается к Лоренцо, тот готовит напиток, который введёт её в летаргический сон. К Ромео отправляется посыльный, чтобы предупредить о плане, но посыльный опоздал — слуга приносит юноше печальную весть раньше. В склепе подле любимой юноша выпивает заранее приготовленный яд. Джульетта, очнувшаяся от сна, видит мёртвого Ромео и следует за ним, вонзив в своё сердце его кинжал. Враждующие семьи мирятся и ставят влюблённым памятник в центре Вероны. Занавес.

Исторические реалии:

Тут мы снова обратимся к «ложным воспоминаниям».

Воспоминание первое — знаменитая сцена на балконе. Здесь следует обратить, наконец, внимание, на то, что читатель, возможно, понял и сам — великий англичанин не придумывал сюжеты, он брал готовые, как обёртку для реализации своих идей. В случае Отелло — это малоизвестное произведение, в случае Гамлета — старинная легенда. Но в данном случае всё чуть сложнее — в 1530 году Маттео Банделло опубликовал свою «Новонайденную историю двух благородных влюблённых», которая стала очень популярной в Европе. Берём эту книгу, читаем — нет никакого балкона. Не отчаиваемся, открываем пьесу Шекспира, читаем — тоже ни слова о балконе. Так откуда же взялся балкон? А это уже «находка» театральных режиссёров, ставшая впоследствии традицией — согласитесь, намного драматичнее, когда Ромео, рискуя жизнью, вскарабкивается на балкон, чем когда банально залазит в окно, как указано у Шекспира.

Воспоминание второе — возраст. Нет, речь не о Джульетте — тут всё более или менее понятно, «нет ещё четырнадцати лет», хотя в первоисточнике ей уже 18. Речь о её матери. Бытует мнение, что ей было 28 лет. Но это не так. Согласно тексту, мать упоминает, что «она её и раньше родила». Математика за первый класс, 13 + 12 = 25. А может, и 24, если синьоре Капулетти не повезло совсем. Следовательно, не случись трагедии — в 25 лет она стала бы бабушкой… Прокомментируем это лишь фразой Марка Туллия Цицерона - O tempora! O mores!

Воспоминание третье — надо читать оригинал, так как переводчики часто ошибаются. И вот тут самое интересное, причём относящееся абсолютно ко всем пьесам автора. Оригинала нет и никогда не было. От слова совсем. Дело в том, что все тексты шекспировских пьес, дошедшие до нас — пиратские копии. Тексты пьес, написанных Шекспиром для его театра «Глобус», не издавались и записаны конкурентами, пришедшими на представление, на слух. Были, конечно, рукописные тесты, которые театр продавал иным труппам — они также различны и были адаптированы под требования заказчика. И первые печатные тексты — это перекупленные издательствами у трупп рукописи. Соответственно — академического, то бишь авторского, издания не существует, а канонический текст — лишь отредактированные и сведённые воедино примерно в XVII веке различные версии пьес.

Теперь об историчности.

Начнём с простого — время действия. В тексте упоминается князь (точнее — Принц Веронский) Эскал. Определённо это Бартоломео I делла Скала, сеньор и подеста Вероны. Следовательно, имеем период с 1301 по 1304 года. Хотя род делла Скала — Скалигеры — правил Вероной более ста лет, именно в короткий период правления Бартоломео не велись боевые действия между гвельфами и гиббелинами (о них чуть позже) и в тексте как раз это самое мирное время. Что касается времени года — это пять дней в конце апреля-начале мая.

Следующий пункт - о сути конфликта двух семей. Фамилии, конечно, вымышленные, а вот противостояние — реальное. «И об её причине вряд ли кто-то помнит» - помнят, это «Война Гвельфов и Гиббелинов», разделявшая Италию на два враждующих лагеря несколько веков. Гвельфы — сторонники Папы Римского, гиббелины — императора Священной Римской Империи. Были города, традиционно поддерживающие одну из сторон, папу поддерживали, например, Болонья, Милан и Флоренция, а императора — Мантуя, Модена и Пиза. А вот Верона как раз и относилась к городам, где попеременно были сильны то одна партия, то другая. К слову, это борьба нашла своё отражение в знаменитой поэме Данте Алигьери «Божественная комедия», причём сам автор был гвельфом. Именно там и фигурируют некие Каппеллетти и Монтекки, вероятно — две враждующие веронские группировки. Возможно, их названия произошли от имён лидеров - Даль Каппелло и Монтиколи (кстати, из этой партии взошли делла Скала).

И последним пунктом рассмотрим реальность произошедшей трагедии. В Вероне существует место захоронения Джульетты, дом Джульетты — с балконом, кстати, и памятник Джульетте. Есть также дом Ромео.

Нюанс в том, что всё это появилось лишь в начале XIX века, когда историю начали раскручивать. Гробница из красного мрамора пуста и датируется временами Римской Империи, дом с балконом (которого не было, как мы помним) принадлежал роду Каппело, а статую девушки так затрогали туристы, что в 2014 году двухсотлетний оригинал был спрятан, а его место занял двойник-новодел. Ромео же «почему-то» жил в особняке графского рода Ногарола.

А вот в испанском Тируэле находится мавзолей, в котором мумифицированные тела двух влюбленных можно увидеть и сейчас. Её звали Изабелла, его — Диего. Их история лишь отдалённо напоминает шекспировский сюжет, кроме одной сцены — собственно, их гибели. Диего умер возле кровати любимой (бывшей к тому времени уже замужней женщиной), Изабелла при помощи супруга тайно его похоронила, поцеловала в гробу любимого и тут же упала замертво. Возможно, Шекспир слышал эту историю...

«Спасли обоих и Джульетта
с Ромео до скончанья дней
и нету повести на свете
нудней»
© BoJI


 

Король Лир. The Tragedy of King Lear

«Ты называешь меня дураком, дружок? - Ведь ты же сам отдал все свои другие звания; а с этим ты родился на свет.»

Сюжет Шекспира (вкратце):

Британия. Примерно XI век. Король Лир, всемогущий властитель, планирует выдать трёх своих дочерей — Гонерилью, Регану и Корделию — замуж и разделить между ними королевство. Он требует от них хвалебных речей в свой адрес, Гонерилья и Регана лицемерят, восхищаясь отцом, лишь Корделия искренна.

Граф Кент защищает её, но тщетно — Лир рассержен, лишает младшую дочь наследства и делит королевство между двумя старшими, оставив за собой право жить поочерёдно у каждой из них. Кент изгнан, французский король поражён бескорыстием Корделии и берёт её в жёны. Другой приближённый короля — граф Глостер — вынужден изгнать своего сына Эдгара, очернённого незаконнорожденным сыном графа — Эдмундом. Посетив первую из дочерей, Гонерилью, король поражён переменами — его принимают, как приживалу и слова дочери на поверку оказываются враньём — она надменна и жестока. Покинув дом старшей дочери, король приезжает к Регане, но и там с ним обходятся, как с обузой. Увидя своего преданного Кента в колодках, униженный и брошенный король проклинает дочерей и уходит в непогоду, его сопровождает лишь шут. Король теряет разум, его находит Кент и пытается помочь. Другой до конца преданный королю — Глостер — пытается вернуть власть королю, но ослеплён сёстрами. Корделия и её муж, французский король, высаживаются с войсками в Британии с целью вернуть трон Лиру. Французы разбиты. Эдмунд строит козни, обе старшие сестры влюбляются в него. Лир желает лишь прощения от Корделии. Однако казнь младшей дочери разрывает сердце старика, он умирает. Гонерилья отравляет Регану, но умирает сама. Все, кроме шута, Олбани и Кента, умерли. Занавес.

Исторические реалии:

Тут мы вновь будем формировать настоящие воспоминания об одном из самых сложных произведений в шекспировском наследии.

Воспоминание первое — шут. В шекспировском театре «Глобус» существовала традиция, согласно которой Корделию и шута играла одна и та же актриса. Это и понятно — шут и дочь короля на сцене не пересекаются, зачем же держать в труппе двоих, когда можно и одним обойтись. Зато есть чем заняться шекспироведам — можно, например, писать о том, что они — разные воплощения совести Лира (лицо-то одно). Но мы попробуем пойти дальше. Сцены, где, помимо короля и шута, присутствует кто-то ещё — можно пересчитать по пальцам одной руки, а сцены, где кто-то, помимо короля, общается с шутом — вообще по пальцам одной руки неумелого учителя труда. При этом изначальный текст трагедии отсутствует (об этом мы писали выше). Что же выходит? Процитируем Максима Горького: «… был ли мальчик-то, может, мальчика-то и не было?». И если допустить, что никакого шута в действительности не существовало — то замысел гениального англичанина играет новыми красками: шут — это альтер-эго, «голос совести» или, выражаясь терминами психиатрии, слуховая галлюцинация. То есть шут существует лишь в голове короля, а значит — Лир был сумасшедшим с самого начала повествования, и вся пьеса — это трагедия больного шизофренией властителя. Отсюда, кстати, проистекает воспоминание второе…

Воспоминание второе — финал трагедии. Существовало несколько вариантов пьесы, причём современный вариант сильно отличается от того, который демонстрировался в эпоху Стюартов. Более того, Наум Тейт в 1681 году переписал финал пьесы — он перестал быть таким трагичным: Корделия остается в живых, выходит замуж за Эдгара и становится королевой. При этом роль шута из пьесы была убрана (!!!). Произведение постоянно видоизменялось, менялись сцены и суть, но в 1845 году трагедия, наконец, вернулась к изначальному варианту. Однако во времена правления короля Георга III пьеса была запрещена — монарх страдал от припадков наследственной болезни, а временами был просто невменяем, и параллель между психическим нездоровьем вымышленного короля и правящего монарха была слишком явной.

Теперь об историзме. Прототипом короля Лира послужил мифологический правитель Британии Леир, живший в VIII веке до нашей эры, если верить «Истории королей Британии», написанной бенедиктинцем Джефри Монмутом в XII веке. Шекспир не рискнул оставлять то же время повествования и перенёс сюжет на два тысячелетия вперёд. Согласитесь, история «сказочная», несмотря на то, что упоминается также и в хрониках Уэльса. Вообразите — Первый Храм в Ершалаиме только построен, Гомеру (если он существовал и был жив) — лет сто, Вечный Рим — маленькая деревенька, во Фригии правит Мидас, на троне Ассирии — Саргон II, а в далёкой Британии кипит придворная жизнь и король делит страну между дочерями. На первый взгляд — сказка. Но лишь на первый.

Для взгляда второго необходимо обратиться всё к тому же Монмуту - «король Лир, обрел вечный покой в подземном склепе, под храмом на реке Соар (Сор)». А также почитать «Книгу Страшного Суда» (по сути — опись королевского имущества), датированную 1086 годом и обратить внимание на запись, где город Лестер фигурирует, как Легра (Legra) и до этого упоминается как, внимание, Лир (Lear)! И есть приток реки Соар — Лир (Leire), есть там и озеро, именуемое Кинг Лирс Лэйк (King Lears lake). Во времена кельтов (а именно о тех временах и писал Джефри Монмутский) город носил иное название — Корилетави (Coriletavis), но уже при саксах он стал Лестер, от словосочетания Легра-цестер (Legra-ceaster), что значит — Прибежище Лира (Легры). Монмут же именовал его КарЛир (Kaerleir) — эпонимически очень созвучно нынешнему названию.


Газетная статья об находке 1958 года

И в 1958 году при расчистке фундаментов старого Лестера были обнаружены остатки храма «водяного бога Лира» кельтских времён и фрагмент «чешуйчатой» колонны с его барельефом — и это примерно то место, что описывает Монмут. Более того, позднее при раскопках римского поселения в том же районе был обнаружен храм Януса, который по факту был перестроенным культовым сооружением того же кельтского бога воды. И был ли Лир мифологическим водяным, легендарным королём или легенда и миф слились — слово за британскими археологами, которые, возможно, отличаются от прочих британских учёных.

«Вошёл король и всё затихло
придворные упали ниц
и только шарканье по полу
ресниц»
© nn


 

Макбет. Macbeth

«Я смею все, что можно человеку. Кто смеет больше, тот не человек.»

Сюжет Шекспира (вкратце):

Шотландия, Средневековье (вероятно — XI век). Макбет и Банко возвращаются домой и встречают трёх ведьм. Те обещают Макбету три титула: гламисский тан, кавдорский тан и король. Банко же обещают, что его род будет править Шотландией. За победу над врагами Макбет становится кавдорским таном, а гламисский он по праву рождения — сбываются слова ведьм. Шотландский король Дункан ночует в замке Макбета. Тан планирует убийство короля, его поддерживает жена. Убив короля, Макбет в ступоре, но его жена подкладывает нож одурманенным слугам короля и измазывает их кровью. Утром появляется Макдуф, в убийстве обвиняют слуг и тут же их убивают. Сыновья Дункана бегут в Англию, Макбет коронован. Новый король посылает убийц к Банко, тот убит, но сын его, Флинс, бежит, горя мщением. Макбет безумен, народ ропщет. Ведьмы предостерегают короля от Макдуфа, король же считает себя всесильным и бессмертным. Макдуф бежит в Англию и совместно с Малкольмом, сыном Дункана, атакуют шотландского короля. Макбет проиграл и пал от руки Макдуфа, леди Макбет в муках совести совершает самоубийство. Малкольм коронован. Занавес.

Исторические реалии:

Это самая популярная пьеса Шекспира — по статистике ежедневно в мире проходит несколько представлений — но одновременно и самая «конъюнктурная».

Дело в том, что в то время правил Яков I из рода Стюартов, король Шотландии и король Англии. Монарх был завзятым театралом, а также автором нескольких трактатов о борьбе с ведьмами, а Стюарты, по легенде, вели свой род от Банко, тана Лохаберского. И английский драматург своей пьесой убивал сразу нескольких зайцев, при этом шотландцы описывались, как великий и гордый народ, а объединение Англии и Шотландии преподносилось, как историческая неизбежность.

Так кем был Макбет на самом деле? Шекспир в качестве сюжета для своей пьесы взял одну из шотландских баллад, написанную, вероятно, врагами короля Макбета. Однако в реальности всё было с точностью до наоборот.

Разрешите представить — Мак Бетад мак Финдляйх, король Шотландии из Морейской династии, с 1040 по 1057 года, более известный, как Макбет. Тот самый, что, по мнению современных историков, был «последним из великих шотландских королей». Тот самый, кого современники нарекли Благословенным. Тот самый, что в церковных документах, причём впервые среди шотландских королей, именуется «благотворителем церкви». И каждый раз, когда где-то в мире на сцене идёт пьеса «Макбет» - далеко на севере, на острове Айона, в древней усыпальнице шотландских королей ворочаются кости славного Мак Бетада.

Да, действительно, Макбет убил предыдущего короля, Дункана I из Данкельдской династии, однако обстоятельства были абсолютно иные — это было сражение двух армий, и Дункан проиграл. Более того, именно Дункан был тем самым плохим королём — правил он бездарно, взошёл на престол, убив своего деда — претендента на престол, в стране постоянно вспыхивали мятежи, знать, церковь и народ желали иного короля. И им стал Макбет, причём в этом ему помог верный друг — Банко, погибший впоследствии в битве с викингами. И сына Макдуфа он тоже убил — ибо тот затеял мятеж против законного короля. Что касается законности Мак Бетада, как короля — узурпатором он не был, он также, как и Дункан, был внуком Малкольма Второго, среди его предков был верховный король Ирландии Тойрделбах Уа Бриайн. Что касается его жены, то леди Груох была внучкой короля Кеннета III – куда уж благороднее. Единственное попадание Шекспира — характер леди Макбет, она действительно была деспотична и честолюбива, но при этом красавица и любящая жена. К сожалению, она умерла на три года раньше супруга, и три самых тяжёлых последних года Макбет правил в одиночестве.

Правление Макбета, которое длилось долгих 17 лет, можно охарактеризовать одной ёмкой фразой - «народ был сыт». Более того, Мак Бетад совершил паломничество в Рим, которое длилось полгода — и в это время в его стране не было мятежей, что странно, если бы он был узурпатором.

В битве при Лумфанане Макбет был убит Малкольмом, сыном Дункана. Но на трон взошёл вовсе не данкельдец, но пасынок Макбета — Лулах, и только после его смерти через год королём стал Малкольм III. Похороненный с почестями Макбет был очернён и объявлен «сыном дьявола», в угоду новой династии. Как говорили римляне - vae victis!, или по-русски — Горе побеждённым…

«Сошлись Шекспир с Лесковым в споре
как будет Макбет иль Макбет
и в психбольнице пропустили
обед»
© борго


 

Далее последуют три сюжета из Римской истории, известные и освещённые со всех сторон. Но и там можно найти интересные факты и «ложные воспоминания».


 

Антоний и Клеопатра. Antony and Cleopatra

«Любовь ничтожна, если есть ей мера»

Сюжет Шекспира (вкратце):

Египет. I век до нашей эры. Марк Антоний влюблён в Клеопатру, но вынужден ехать в Рим — его жена, Фульвия, восстала против Октавия и умерла, Секст Помпей бросает Октавию вызов. Клеопатра не желает его отъезда, но смиряется и влюблённые нежно прощаются. В Риме Октавий обвиняет Антония в заговоре и для примирения предлагает в жёны свою сестру, Октавию. После заключения брака Антоний отбывает в Афины. Клеопатра ревнует. Помпей убит, Лепид арестован, Антония обвиняют в измене. Начинается война между триумвирами. Битва при Акции. Из-за бегства египетского флота Клеопатры Антоний разбит и обвиняет её в предательстве. Боясь гнева возлюбленного, Клеопатра прячется в гробнице и служанка сообщает о её гибели. Не видя смысла жизни, Антоний бросается на меч. Умирающего Марка приносят к царице, следует объяснение в любви. Приход Октавия в Египет. Смерть Клеопатры от укуса змеи. Октавий отныне единственный властитель — будущий Октавиан Август. Влюблённых хоронят в одной могиле. Занавес.

Исторические реалии:

Ради красоты сюжета Шекспир изменил плавный ход истории и, по меткому выражению Джонни Фёрста из «Человек с бульвара капуцинов» — «сделал монтаж». У драматурга брак Октавии и Антония скоротечен и смазан, в реальности — 8 лет брачного союза, в котором жена осчастливила мужа двумя дочерьми — Антонией Старшей (бабушкой императора Нерона) и Антонией Младшей (матерью императора Клавдия). У Шекспира сразу после битвы у мыса Акций наступает развязка и трагический финал. В реальной же истории между событиями год и череда проигранных войсками Антония сражений.
Марка Антония мы ещё упомянем ниже. Сейчас же поговорим о Клеопатре. Если точнее — о последнем фараоне Египта Клеопатре VII. Да, жена и мать детей Марка Антония (коих было трое — Александр Гелиос, Птолемей Филадельф и Клеопатра Селена II) была далеко не первой из Македонской династии, кто носил это имя. И, как вы уже поняли, египтянкой она не была, а вот гречанкой — да. Кстати, от любовной связи с Гаем Юлием Цезарем у Клеопатры также был ребёнок — сын Цезарион, точнее — Птолемей XV Филопатор Филометор Цезарь, её соправитель. И, более того, 15 марта 44 года до нашей эры, когда в сенате убивали Цезаря — Клеопатра вместе с сыном находилась в Риме, в одном из домов Цезаря. Не будучи красавицей, эта роковая женщина пленила сердца двух очень влиятельных людей в Римской республике — Цезаря и Марка Антония, но Октавиана она пленить не сумела, и предпочла смерть позору плестись по Риму в качестве трофея за колесницей победителя…

Кстати, по мнению некоторых шекспироведов, сюжет «лав стори» Марка Антония и Клеопатры — с двойным дном, он послужил основой не только одноимённой пьесы, но и вдохновил автора на воплощение истории о двух других возлюбленных с трагической судьбой, конечно же — «Ромео и Джульетта».

«Меня сравнили с Клеопатрой
узрев похожие черты
и это мне ещё не сняли
бинты»
© Арчи Бальчи


 

Кориолан. The Tragedy of Coriolanus

«Пусть будет добродетелью моею неумолимость!»

Сюжет Шекспира (вкратце):

Древний Рим. V век до нашей эры. Римская знать набивает карманы, а народ бедствует, зреет восстание. Полководец Гней Марций — защитник народа и поборник его прав. Племя вольсков угрожает Риму. Две римских армии выступают навстречу врагу, Марций идёт к Кориолису — вольскской столице, а Коминий — навстречу вражеской армии. Во время переговоров Марций захвачен в плен, но сбегает, открывает врата города и римляне его захватывают. За это он получает прозвище Кориолан. Однако заслуги его позабыты, его не избирают консулом, народные трибуны и даже мать отвернулись от него. Он решает отомстить и сговаривается с врагами. Армия вольсков во главе с Кориоланом подходит к стенам Рима, но мать Марция, Волумния, убеждает сына отступить. Далее — знаменитый монолог «Ты спасла Рим, но погубила меня», Марций уводит армию и по возвращении в Кориолис его казнят за малодушие и предательство. Занавес.

Исторические реалии:

Тут ещё один пример истории с двойным дном.

Дно первое — Шекспир vs Плутарх. Английский драматург, взяв за основу труд древнегреческого писателя, сильно изменил характер главного героя. У Плутарха Кориолан — типичный представитель римской аристократии — жёсткий, а зачастую жестокий, и высокомерный. У Шекспира же Кориолан иной — борец за права плебеев, справедливый и щедрый.

Дно второе — Плутарх vs Историческая реальность. Любая мало-мальски приличная цивилизация имеет свои легенды, своих героев, а также и антигероев. Со временем, эволюционируя, некоторые цивилизации эти легенды упорядочивают, и, по необходимости, подтверждают некоторыми фактами, и такие легенды обретают историчность, становясь примером пропаганды — ибо не все факты реальны. И вот то, что описал Плутарх — это пример пропаганды, обретшей историчность. Правда, вины древнего грека тут нет — «постарались» древние римляне. А вот как всё было в действительности — давайте разбираться.

В доимперском Риме было два канонических антигероя - «лживый» последний царь Тарквиний Гордый и не менее гордый Гней Марций Кориолан — успешный полководец, но предатель. Прежде всего — проанализируем его именование. Каждый римлянин имел личное имя — преномен, и родовое имя — номен, в нашем случае — Гней Марций. То ли у римлян плохо было с фантазией, то ли ещё по какой-то причине, но диапазон личных имён у них был крайне мал, самое распространённое — Марк. Соответственно, при росте народонаселения даже в пределах одного рода была высока вероятность повторения пары имя-род. И тогда появились когномены — прозвища: Брут — глупый, Варрон — кривоногий, Сцевола — левша, Флакк — вислоухий, Барба — бородач. Со временем и они стали наследственными и римляне стали добавлять и четвёртую часть — прославляющие прозвища, агномены. Например, Азиатский, Критский, Африканский — за одержанные победы. И Кориолан — это агномен за победу над Кориолисом. А, значит, перед нами исторический анахронизм — ведь славные агномены появились уже во времена профессиональной армии и больших войн, лет через 150-200 от описанных событий. На то, что легенда родилась значительно позже описываемых событий, указывает и имя «негодяя». В одних источниках он Гай, в других — Гней. Это равносильно тому, как если бы Соловья-разбойника из русских былин иногда именовали бы Дрозд-разбойник. Странно, не находите?

Теперь об Кориолисе. Точнее — о Кориолах. Это был латинский город, захваченный вольсками, затем отбитый римлянами, затем вновь захваченный — и так раз пять. Соответственно, делаем два вывода. Во-первых, спорный пограничный город никак не мог быть столицей вольсков. Во-вторых, по логике именования, в Вечном Городе должно было быть по меньшей мере несколько полководцев с прозвищем Кориолан…

А теперь ещё два факта и подведём итог.

Факт первый — Кассиев договор 493 года до н.э., то есть того же года, что и поход Кориолана. Согласно этому договору, за Римом оставалось главенство, но латинянам предоставлялись обширные права. И причина была очевидна — неудачный для Рима военный конфликт. То есть одновременно и победоносный поход, и проигранная война?

Факт второй — род Марциев в то время не являлся патрицианским. Да, Марции когда-то заседали в сенате, но были изгнаны ещё во времена царей. И в означенный период в Риме Марциев не было. Они вновь появились позднее, как плебейский род, и, возможно, вовсе не римского происхождения.

В итоге Гней Марций Кориолан — не патриций, и даже не римлянин. Кто же он? Возможно — полководец латинян, либо родившийся в Кориолах, либо захвативший этот город — отсюда и прозвище. Возможно, во главе всё тех же латинян Гней Марций стоял у стен Рима. Латинский род Марциев в дальнейшем получил римское гражданство и стал патрицианским, принеся с собой и легенду о Кориолане. И таким образом легенда об успешном латинском полководце превратилась в «исторический» факт об римском предателе. Это как если бы при вхождении татарских ханств в состав Московии Батый из победоносного монгольского полководца превратился бы в московитского ренегата...

«В сенате я оговорился
патриций ты, а не плебей
конечно же дружище Марций
ты гНей»
© Я


 

Юлий Цезарь. Julius Caesar

«И ты, Брут?»

Сюжет Шекспира (вкратце):

Рим. I век до н.э. Цезарь разгромил Помпея и возвращается в Рим победителем и единоличным правителем. Его предостерегают от мартовских ид, но он не придаёт этому значения. Брут и Кассий опасаются, что Цезарь провозгласит себя царём, и готовят заговор.

В сенате заговорщики закалывают Цезаря. Произнесено «И ты, Брут?», Гай Юлий убит, руки предателей в крови. Тело Цезаря несут на Форум. Марк Антоний убеждает народ не слушать заговорщиков, Кассий и Брут бегут из Рима. Марк Антоний, Гай Октавий и Марк Лепид собирают армию. При Филиппах войска Марка Антония побеждают, Кассий и Брут совершают самоубийства, над телом Брута Марк Антоний называет его единственным самотверженным из заговорщиков. Занавес.

Исторические реалии:

Гай Юлий Цезарь — пожалуй, одна из самых известных фигур в истории человечества, и о нём написаны сотни и тысячи книг. Но и тут имеют место «ложные воспоминания». Да — царь, кайзер и кесарь произошли от когномена Цезарь, а салат того же имени никакого отношения к великому римлянину не имеет, нет — мы хотим рассказать не об этом.

Воспоминание первое — Цезарь был императором. И да, и нет. Гай Юлий не был императором в современном значении слова, но был императором в том смысле, какой оно несло в те времена. Парадокс решается просто — тогда «император» был не титулом монарха, это было почётное звание римских полководцев и армия им удостаивала лучших, Цезарь был именно таким «властителем» и «вождём». А вот императором - в значении монарх — он не был. Он был пожизненным диктатором. Это не хорошо и не плохо, это просто такая республиканская должность — неограниченный правитель до конца жизни. И заговорщики-республиканцы опасались, что Цезарь-диктатор станет Цезарем-царём, то есть сможет передать свои права по наследству. В итоге они убили Гая Юлия и получили то, чего боялись — его наследник Гай Октавий, более известный, как Октавиан Август, стал фактическим монархом и основал династию, а слово «император» стало титулом. Ещё одна ухмылка истории.

Воспоминание второе — какому Бруту сказал Цезарь «И ты!». Бесспорно, что заговор устроили два «канонических» предателя — Марк Юний Брут и Гай Кассий Лонгин. Именно они (вместе с Иудой) вечно терзаемы лично Люцифером в 9-м круге Ада — так, во всяком случае, утверждал Данте. Однако кому сказал Цезарь свою знаменитую фразу? Давайте разбираться.

В оригинале, если верить историкам, а не только Шекспиру, Цезарь сказал - «И ты, дитя моё?». То есть относился к этому «дитю», как к сыну. Мог ли им быть Марк Юний? Вряд ли — и когда Гай Юлий переходил Рубикон, бросая жребий, и когда входил в Рим, и когда противостоял Гнею Помпею — Марк Юний Брут принадлежал к противоположному лагерю и присягнул Цезарю лишь после битвы при Фарсале. Соответственно, не мог он быть столь доверенным лицом, чтобы Цезарь именовал его «дитя».

Но Марк Юний был не единственным Брутом. Был и другой — Децим Юний Брут. Он был легатом Цезаря (то есть командиром легионов), прошёл с ним дорогами Галльской войны, высаживался на неприветливые пляжи Британии, переходил с ним Рубикон, воевал в Греции и Испании. Когда Цезарь был удостоен триумфа, в его колеснице ехали ещё двое, самые приближённые. Первым был Марк Антоний, вторым — Децим. Более того, в своём завещании Цезарь указал Децима Юния своим вторым наследником, сразу после Гая Октавия. И вот когда 15 марта 44 года до н.э., среди заговорщиков, с кинжалом в руке, Цезарь увидел его — именно тогда он и прекратил всякое сопротивление, ибо когда предают даже близкие… Из лидеров заговорщиков, кстати, Децим пал первым.

«где Брут кричит убитый Цезарь
вторые сутки и ему
неверноподданные тащат
Хому»
© Вороныч


 

Есть ещё несколько менее известных трагедий. О них, а также о пьесах из другой категории — исторические хроники — мы расскажем в следующий раз. Если читатель того пожелает...

comments powered by HyperComments