Как работают медики на передовой: рассказ одесситки

Одесский медик Военно-клинического госпиталя Виктория Сорока после нескольких месяцев, проведенных в зоне АТО, рассказала о том, как организована работа медиков на передовой и о своих впечатлениях от работы. В январе этого года Министр обороны Степан Полторак удостоил Викторию орденом "За мужество" третьей степени.


Впервые Виктория с командой других одесских медиков попали под обстрел в ночь с 16 на 17 июля 2014 года. В те дни происходили сильные атаки 79 отдельной аэромобильной бригады, которая попала в Южный котел и была частично уничтожена.

"Мы ехали с колонной ребят из 79-ой в Мариновку. Это село находится недалеко от Саур-Могилы, в нескольких километрах от границы с Россией. Там стояла часть 79-ой бригады и медики, которые выехали туда раньше. Мы остановились ночевать в Алексеевке, в лагере у пограничников. Где-то в 2 часа ночи я услышала жуткие звуки, и решила по привычке, что это по беспилотникам стреляют, как это часто бывало в Солнцево. Но в какой-то момент поняла, что это мины и они летят в нашу сторону", - рассказывает Виктори. - Спрятаться там было практически негде, кроме расставленных в ряд машин и палаток - почти ничего вокруг не было. Я вспомнила, как мне рассказывали раньше, что если идет обстрел и есть большая машина, нужно залечь между колес. Каким-то образом за минуту я нашла в полной темноте свой автомат, броник, каску, берцы и вылезла из нашей мобильной операционной. Прибежала к какому-то грузовику, а там под колесами уже мест практически не было - ребята прятались. Потом мой начальник отвел меня в какую-то постройку, затем туда же начали приводить раненых, причем это был большой поток людей. Сначала мне было очень страшно, просто трусило. Но я поняла, что надо включать себя и работать, спасать ребят", продолжила медик.

Поначалу система отправки раненых в госпитали была не выработанная. 

"У нас были сложности с отправкой раненых: "вертушки" не садились, потому что их сильно обстреливали. За те пару месяцев, пока мы там были, подбили 2 вертолета с помощью, в том числе медицинской. Раненых забрать вертолетом удалось всего один раз, а потом мы их отправляли своими машинами подальше в тыл - это были очень опасные поездки. Еще наших раненых принимали в Куйбышево - это населенный пункт на территории России, то есть, несмотря на войну, медики оставались медиками. С ними каким-то образом договорилось наше командование".

Также Виктория рассказала о том, в каких условиях медики оказались в начале ведения антитеррористической операции в середине прошлого года, когда начали вестись серьезные бои. 

"Не было ни одного окопа, я удивлялась тому, что медики должны сами их рыть, но потом эти окопы не раз нам спасали жизни. Поначалу обстрелы бывали только днем, потом по нам стали стрелять и ночью. С каждым днем они становились все чаще и серьезнее. Когда мы приехали, спали в палатке. Затем переместились на улицу, потому что во время обстрела было тяжело из палатки добираться до окопов, а потом мы спали непосредственно в окопах, потому что практически не могли из них выходить, часто не удавалось даже покушать. Раненые были постоянно. Наш начальник Нетребко ездил за ними с водителем и привозил их в лагерь. Считается, что в медиков нельзя стрелять, но наша операционная машина была похожа не решето. Когда мы покидали деревню, даже не забрали ее оттуда, потому от нее почти ничего не осталось. Она же служила нам прикрытием от осколков - стояла в центре лагеря, и мы часто, прячась за ней, оказывали первую помощь раненым, которых нельзя было дотащить до окопа из-за тяжелого состояния. А операции делали в машине, она разворачивалась как мобильная операционная".

Медик поделилась впечатлениями.

"У меня до сих пор много эмоций от увиденного и пережитого. Я никогда не забуду, как нас первый раз накрыли "Градом", два дня после этого не могла разговаривать. Между нашим и соседним окопом мы заранее прорыли траншею, чтоб в случае обстрела сначала можно спрятаться в ней, а потом пробраться к себе. Когда осколком ранили в голову нашего анестезиолога, ему каждый из нас оказывал помощь. Как-то все внутри переворачивается, если ранят человека, которого ты давно знаешь. Хотя там, почти каждый случай - это серьезное ранение: у кого-то рука висит, кто-то без ноги. Но самая страшная картина, которую я видела, - десятки обгоревших трупов. Это случилось, когда 79-ую бригаду накрыли "Градами". Смотреть на такое жутко и тяжело, понимая, что недавно эти люди были живы. Мне очень запомнилось отчаянье одного из парней, который привез погибших. Он рассказал, что вытащил из сгоревшего БТРа двоих и не знает, кто из них его троюродный брат, потому что опознать невозможно".

По возвращению домой, Виктории было очень тяжело адаптироваться к жизни в мирных условиях.

"Пару месяцев я просто не могла прийти в себя, очень хотелось вернуться назад, на фронт и помогать ребятам. Я никуда не выходила, мне хотелось находиться дома. Но постепенно вернулась к работе и пришла в себя. Когда мы находимся здесь, то у каждого свои проблемы, и каждый не хочет заморачиваться жизнью других. А на фронте нет такого. Там я узнала людей с другой стороны: увидела самопожертвование и большую отзывчивость. Там же я получила очень большой опыт в своей профессии и в экстремальных ситуациях. Оттуда приехала совсем другим человеком. После пережитого, очень ценными становятся отношения с близкими людьми, а материальные блага уходят на второй план".

В январе 2015 года Министр обороны Степан Полторак наградил двух одесских медиков орденом "За мужество" - Викторию Сороку и Галину Адаменко.

Источник: Цензор.нет

 

Материалы по теме

В Одессе продолжается ремонт Тираспольской площади. Сделаны земляные работы, построили большую часть новых трамвайных путей и уложили часть гранитной мостовой и даже тротуара. Работы продолжаются.